Актёр Никулин жаловался мне
А мне вспоминается снова
Ангел летевший над городом Санкт-Петербургом
А с языком нам все же повезло
Афиша филармонии частица прошедшего
Раевский неужели
А чем была она Россия
Бездомность Пушкина известна и горька
Белого дома защитник
Белое платье невесты похоже на парус
Белой ночи колодец бездонный
Бесполезно разглядывать стенку
Бинтует землю монотонно
Бог озера бог луга бог реки
Боль в спине и днём и даже ночью
Бронзовый Гейне на ратушной площади
Будет помниться война
Были оба храма сожжены
Был недоступен видевшийся рядом
Было трудно мне первое время
Ванинский порт Салехард Игарка
В Бадене где проигрался когда-то великий
В бесславьи или славе
В воду речную войти попытаемся дважды
В долине что называют Муса Вади
В доме холодно пусто и сыро
Век иной иные лица
Великие когда-то города
Ветер дул с нездешней силой
Ветер злей и небо ниже
В жизнь потустороннюю не верю
В завод Петровский пятого числа
Взрывали церкви и соборы
Видно так и умру различать не научен
В канадской старой цитадели
В краснокаменном гамбургском доме
В Линахамаре на военной базе
В мои последние года разлуки не переживают
Вниз ведущая крутая ступень
Вновь антенны искрят во мгле
В ночи Венера надо мной
В облаках невесёлых серых
Водитель, который меня через Ладогу вёз
Вождей и воинов на поле брани убиенных
Вольховский первый ученик
Восемь каноэ приплыли сюда с островов
Воскресение Христа тонкой свечкой руки грея
Вот доска вниманью граждан
Вот она и найдена
Вот так Роден ваял своих подруг
В переулки старого Арбата
В покаянии позднем для нас утешения нету
В потоках звёздной пыли
В поэзии решает случай
В пространстве ледяном
В прошлое заглядывая хмуро
В развороченном сердце Арбата
В раннем детстве что помнится шумом
Время европейского еврейства миновало
Время на час возврати меня в молодость снова
Время спеша перелистывает страницы
В России бунты пахнут чернозёмом
В своём дому сижу я как в окопе
Все города стоящие у моря
Всё дольше сумрак предрассветный длится
Всё закрыла пелена
Всё не верится глазу неужто
Вспоминаю багровый песок иудейской пустыни
Вспомним блокадные скорбные были
В старинном соборе играет орган
В сумятице века иного
Всякий раз когда я покосившись
В театре всё условно
В тельняшке этой лазил я на рею
В те дни когда страною правил Сталин
В убогом быту коммунальной квартиры
В часах песок вся голова в снегу
В чужой стране живи ты
В чужую коммуналку попроситься
Выросший в культуре европейской
В этом городе все деловиты
Герхард Марквард Германии скромный солдат
Глаз разрез восточный узкий
Глухие непролазные леса
Говорят что при жизни его не любил никто
Годовщину начала блокады
Гуляя вдоль кладбищенской стены
Густая трава покрывает
Давно позабыть нам пора бы
Дайте мне контроль над словом
Дал мне видно в жизни фору
Два вертикальных прожектора
Два Гоголя соседствуют в Москве
Дворы-колодцы детства моего
День победы я встретил в Германии
Для чего храню на антресолях
Днём и ночью зимою и летом
Дорога к Пушкину идёт издалека
Дует ветер холодный с оста
Дым ползёт по склону горький
Его я снова вижу четко
Едва покинул ты кровать
Если бы взяли художника в Венскую академию
Есть в городе русском Коврове
Живём не без опаски
Жизнь как лето коротка видишь
Жизнь проходит мимо
Жизнь свою вечности на весы
Жизнь свою проживший на бегу
Жил в Питере когда-то мой друг
Жил я достаточно долго
Забудь земное горе
За окнами гудит Гиперборей
За окнами туманная завеса
Запахи бензинового чада
Зарево гудит под облаками
За серыми окнами Горного
Заступись ты Господь за Россию
За чертою оседлости горькой
Звучащий из-под каждой крыши
Зелёный луч стараясь углядеть
Землю медью готовясь засеивать
Земные пройдя расстояния
И в самолёт войдя Аэрофлота
Идёт война но как-то странно
Из былого не вызвать далёкой поры
Императрице бросил вызов
И Пушкин возможно состарившись
|
Кадровик у себя в кабинете
Какие резоны поэту нужны
Как из другой системы времени
Как изнутри стекла гранёного (А.Наль)
Как канонады отголоски
Как мы ломились в открытые двери
Как прежде незлопамятен народ
Как удержать мне тебя подруга
Карл Пятый, государь гишпанский
Каспер Шлих куря табак
КВНа памятные даты
Кем вписан он в гранит и мох
Клёны горбятся понуро
Когда бы Спаситель наш зоркий
Когда б я вздумал сеять хлеб
Когда говорят Серебряный век
Когда заоконная слякоть
Когда костёр подёрнут синевою
Когда метель за окнами шальная
Когда мы уйдём от комнат
Когда над скорой свет мерцает синий
Когда-нибудь смогу ли позабыть
Когда песни гитарной начало
Когда просыпаюсь утром
Когда тускнеет солнечная медь
Когда я окажусь в залетейском клубящемся
Комариной реки излука
Коммунальную вспомню квартиру
Корабельные ростры и в горле ком
Короток срок что отпущен поэтам
Кота назвали Пушкин неспроста
Который день сижу в карантине
Красноярск сплошные сумерки
Крики чаек сливаются в общем хор
Кричат ура десятки глоток
Кровавые знамёна Октября
Кружится отражение дробя
Кто за грядущее в ответе
Куда ушла ты Киевская Русь
Курчавая женщина сахар ссыпает в мешок
Лежат поэты на холмах пустынных
Лежащий вдали от империи
Летит осенняя листва
Летний день холодный словно осень
Люблю стихи знакомого поэта
Любовь к чужой неведомой земле
Мала планета названная мной
Мелькали мимо перелески
Меня спасли немецкие врачи
Мерцает, отражения дробя
Мечтатель неудачник и бездельник
Минуя зыби медленные глыбы
Мир уберечь от нынешней чумы
Мне в Бога бы давно поверить надо
Мне геолог рассказал за столом по пьяни
Мне жгли лицо полярный север
Мне комната бомбоубежище
Мне рассказывал Быков Ролан
Мне сказал режиссёр с заводным мотором
Мне снится год пятидесятый
Мне счастливая выпала карта
Мне фильм довоенный приснится
Мои последние года разлуки не переживают
Мой дом волной качает снова
Мы наши жизни накрепко связали
Мы тебя потеряли в липком песке
Мы узники географии
На афинском базаре я эту картинку купил
На бульваре Сансет в Голливуде
На венках поминальных увяли цветы
На выставке чего брожу я ради
Над маслянистым блеском судейских
Над ними нет ни камня ни креста
Над площадью Сенатской декабристы
Над простреленною каской
Названия усвоенные с детства
На киот поглядываю косо
На Комаровском кладбище
На корабле матрос как дома
Нам сейчас не собраться вместе
Народной песне русской не сродни
Нас всегда убивали и жгли
Нас учат скромности примеры
Наш студенческий сборник сожгли
Наше утлое кочевье
Небес вероломство и судеб злодейство
Не браню своих дней остаток
Недели первые блокады
Не доверять врачу и можно всё начать сначала
Не дожить мне в поднебесье чистом
Не долго жить на свете мне осталось
Не думал я седою головой
Немецкий принц доставленный в Россию
Неоднократно за годы моих экспедиций
Не поверю уже никогда в ненадёжные
Не пошли Господь грозу мне
Неприкрытая хлопает дверь
Непросто в эпохе что прежде была
Не стоит судить пристрастно
Нетороплива истина простая
Не хочу чтобы труп мой как дерево жгли
Не юноша но всё же не старик
Низкий лоб платком замотан
Ни страны ни погоста не хочу выбирать
Ничего не надо кроме
Ностальгией позднею охвачен
Ностальгия по далёким странам
Ночная вахта в тёплом океане
Ночь приходит в огнях портовых
Ноют под вечер усталые кости
Нужна ль иная пища для ума
Огорчается семья пригорела каша
Он снова мне является во сне
Опоздать неозможно в тобою покинутый город
Опять опаздывает почта
Опять разворочены мостовые
Остаток жизни провести в дороге
От Анадыря до Ямала шёл я тундрою да тайгой
От неправедных гонений уберечь не может
Относителен возраст старик Геккерен говорим
От песков каракумских до речки арктическ
От свободы недолгой устали мы
От утешений мало прока
Отца никак не вспомню молодым
Отыщу вам подобных едва ли я
О чём поют сирены чем песня их
|
Первый бард на планете
Писал Плетнёву Пушкин
Пламенеющей готики витражи
Погиб поэт так умирает Гамлет
Погляжу на зеркало украдкой
Под крылом над спящим Ленинградом
Под крылом облака под форштевнем тугой
Под монументом каменным надгробным
Подобье чёрно-белого экрана
Под питерской январскою пургой
Под покрывалом бархатным подушка
Позабуду ли безрассудно
Поймёшь внезапно в круговерти буден
Пойти в зоопарк не пора ли
Пока ещё ты двигаться способен
По контракту, а чаще приватно
Полдневный пройден перевал
Полицейской машины рёв (М.Нимеллер)
Полночь под Иван-Купала (Д.Самойлов)
Полуденная скука бара
Пора годов шестидесятых
Поредевшая рота бредёт отступая устало
По-русски воля — дикое пространство
Посёлок картинка из книжки
После дождика небо светлее
Постигла всё механика как будто
Потомок Чаадаева сгинувший в сороковом
По улицам вечернего Сиднея
Почему лишь Пушкин - наше все
Поэзия - не жанр а конфессия
Поэт и журналист две разных ипостаси
Поэты песенок не любят
Прегрешенья наши господи прости нам
Преодолевая Америку с востока на запад
Прими венок мой скромный к изголовью
Приобщиться к жизни странной
Приступы бессоницы ночами
Причин потусторонних не ищите
Прорыв блокады мне иных дороже годовщин
Процесс невесёлый начат
Развалины обугленные Трои
Разнимать не спешите сплетённые руки
Роберт Лиснянский безвестный учёный
Родившись на Васильевском давно
Рождённый посреди созвездий
Российской поэзии век золотой
Самодостаточность еврейства меня пугает
Самсон со связанными руками
Санкт-Петербурга каменный порог
Святой угодник Мирликийский
Себя не ощущаешь лишним
Сердце болью нечаянной тронет
С желтого песчаного откоса
С желтым клювом черный грач
Сижу, дыханье затая
Скажи Улисс о чём поют сирены
Следы иврита в русском языке
Слово добро на Руси означало богатство
Слово река по угорски
Смолкни несносная лира
С момента сотворения уж так заведено
Снегами крытые дубравы
Снова ноябрь по-московски сырой
Снова осень переходит в зиму
Снова провожаем мы друг друга
Снова слово старинное давеча
Солдат сутулится устало
Солнце Эллады яви ослепительный лик свой
Сочится тоненькая струйка
Спину гни до кровавого пота
Спит солдат по-соседству
С полей пылающих днепровских
Стариков незавидная участь
Стариковский нерадостен сон
Стена как Ванька-встанька
Стихи из общей книжки
Студенты лежат на траве в Люксембургском
Судьба отпускная мне выдана
Судьба поступила со мной невежливо
Судьбы необратимый поворот
Тает в часах песок
Там где границы польской знаки
Там где звёзды над башнями
Там где зелень трав российских
Там куда не смог бы добраться Дант
Твой переулок переименован
Тот город где легенды стали былью
Тот язык допотопный косный
Тучнеют облаков отары
Убежала талая вода
Угловая квартирав доме на улице
Узнать невозможно заранее
Узона марсианские цвета
У края католической земли
У меня была комната с отдельным (Б.Слуцкий)
У природы законы простые
Устав от маршрута земного
У старушки Медичи были гады (О.Тарутин)
Уходит март в сугробах снеговых
Уцелевшая интеллигенция городка небольшого
Учебники нас приучают с детства
Физически нельзя быть в курсе всех событий
Финикийцы народы из моря
Хозяин дачи в ближнем Подмосковье
Холодной осени унылая картина
Холодная осень придёт по приметам
Цареубийцы из домов приличных
Чем моложе тем менее смерти боишься
Чем хуже слышен шум из-за окна
Через реку времён устало
Чёрные с оранжевым полоски
Чёрт догадал меня сказал поэт
Чёрт окаянный загнал нас сюда
Чета облаков на поверхности лунного лимба
Четыре типа любви выделяли древние греки
Что делать с нашими часами
Что за странные тени однако
Что могу рассказать я сегодня о Питере
Что пели мы в студенчестве своём
Чьи имена напишут на скрижали
Чья эта память проснулась? Тише!
Шабад шолом тодар аба слиха
Шалея от отчаянного страха
Эпоха печальных деяний
Эпоха просвещения в России
Эта трещина тянется через вершины Хермона
Это стало теперь легендой
Этот вид из оконных открывшийся окон
Этот город который известен из книг
Этот город неровный как пламя
Этот стол с резною оторочкой
Я в тридцатые лихие снова не вернусь
Я в юности прошёл по сталинским местам
Я детство простоял в очередях
Я истины постиг элементарные
Я не сам по себе я лишь тень отдалённого
Я обошёл все континенты света
Я побывал на кладбище немецких солдат
Я помню ясно в 62-м горела деревянная Игарка
Я пою хоть нет на то таланта
Я розовым кварталом увлечён
Я с рождения островитянин
|